Get Adobe Flash player

ПСИХОЛОГИЯ УКЛОНЕНИЯ ОТ НАЛОГОВ

 

Цели

В этом блоке рассматриваются проблемы психологии налогопла­тельщика, связанные с интернациональной тенденцией усиления укло­нения от налогов. После его изучения Вы сможете:

* указать формы законопослушного поведения и формы его избе­гания налогоплательщиком;

* перечислить стратегии определения размера уклонения от на­логов;

* описать основные модели избегания уплаты налогов;

* проанализировать механизмы повышения адекватности пове­дения налогоплательщика;

* объяснить специфику отношения к налогам в России.

 

Формы поведения налогоплательщика

Различают две формы законопослушного поведения налогоплатель­щика: уплата налогов в соответствии с законодательством без примене­ния способов минимизации налоговых обязательств и налоговое планиро­вание, позволяющее уменьшать налоговые обязательства за счет разре­шаемых законом приемов и способов. Налоговое планирование требует от субъекта хозяйствования финансовой и правовой компетентности, гибко­го экономического мышления, поисковой активности, готовности к ра­зумному риску.

Как видно, даже во взаимоотношениях с такой жесткой властной структурой как налоговые органы предусматривается экономическая сво­бода в виде налогового планирования.

Выделяют две формы избегания законопослушного поведения нало­гоплательщиком: уклонение от уплаты (как правило, в виде незаконного использования налоговых льгот, несвоевременной уплаты или предостав­ления необходимых для исчисления и уплаты документов) и обход нало­гов (незаконным является тот его вариант, когда имеет место сокрытие прибыли или отсутствует учет объекта налогообложения, т.е. предприятие не ведет учет налогооблагаемой базы).

В последние годы люди, определяющие политику, так же, как и об­ществоведы, стали осознавать, что уклонение от налогов — это поведен­ческая психологическая проблема, серьезно угрожающая способности правительства повышать государственные доходы. У этой проблемы нет культурных и политических границ, например, подсчеты показали, что в Британии 7,5% , в Бельгии — 17% подлежащего налогообложению дохода оставалось незаявленным. В Соединенных Штатах Служба внутренних доходов (1RS) определила, что "налоговая брешь" в отдельные годы пре­вышает дефицит федерального бюджета. Перспектива существенного уменьшения дефицита без сокращения расходов или роста налогов могла бы состоять в минимизации уклонения от налогов.

Уклонение от налогов ведет одновременно и к подрыву намерений честного налогоплательщика. Поскольку это случается в одних слоях ча­ще, чем в других, то в конечном счете затрудняется реализация целей на­логообложения, состоящих в перераспределении богатств и обеспечении справедливости.

Целесообразно рассматривать также умышленное и неумышленное несоблюдение обязанности уплаты налога. Так, например, по отношению к подоходному налогу поведение уклонения обычно принимает форму преднамеренно не внесенного в декларацию дохода или требования не­обоснованных скидок.

 

Способы изучения поведения налогоплательщика

Существуют три типа стратегий, используемых для определения раз­мера уклонения от налогов: измерение с помощью моделирования поведе­ния, метод самоотчетов и сравнение самоотчетов и документов.

В классическом эксперименте, моделирующем поведение налогопла­тельщика, субъекты работали с налоговыми формами и решали, какую часть зарплаты они хотят декларировать как доход за каждый период вы­плат. Эксперимент содержал недвусмысленную инструкцию максимизи­ровать свой чистый доход (общий доход за все периоды выплат за выче­том налогов и штрафов). Выполнение инструкции вознаграждалось на­личными деньгами. Учитывалось также влияние независимых управляе­мых переменных, например, строгость штрафов, размер ставки налога и др. Искусственность данного эксперимента повлекла за собой преувели­ченное поведение уклонения. Сомнения в истинности результатов экспе­римента вызваны также малыми и однообразными выборками (исследова­лись в основном студенты колледжей).

Таким образом, экспериментальное моделирование поведения нало­гоплательщика не давало истинных результатов, большинство исследова­телей опираются все же на метод самоотчета и на сравнение самоотчетов с измерениями открыто задокументированного поведения.

Как это не удивительно, но имеют место два типа искажений в отчете по налоговой форме. В отдельных случаях "хвастовство" или страх поро­ждают отчеты, которые преувеличивают декларируемый доход. Чаще ста­раются преуменьшить сведения о доходе. Но основной все-таки остается тенденция демонстрировать законопослушное поведение, избегать соци­ального неодобрения.

Так как несоответствие самоотчетов и документации является след­ствием не только преднамеренных, но и непреднамеренных ошибок, сле­дует учитывать особую важность формы и процедуры интервью, прежде всего формулировки вопросов.

 

Модели поведения налогоплательщика

Теоретические модели поведения уклонения от налогов обычно ис­пользуют один или несколько критериев для разработки типов или поиска Причин уклоняющегося поведения. Обратимся к некоторым из них в каче­стве примера.

По результатам масштабного многонационального исследования фак­торов, влияющих на законопослушность налогоплательщика, выполненного в 60-е годы, проблемы сбора налогов вырастали прежде всего из налогового менталитета. "Налоговый менталитет"— это нормы, отношения и убеж­дения, разделяемые налоговыми властями и налогоплательщиками в каж­дой нации. Если налоговый менталитет в своей основе оказывался враж­дебным налогообложению, то жесткое принуждение становилось непро­дуктивным и даже вредным, так как создавало большее сопротивление, чем то, которое призвано было преодолеть. В результате не достигались ни цель увеличения государственного дохода, ни распределительные цели налого­вого законодательства. Суть модели Штрюмпеля, построенной на базе дан­ного исследования, сводится к следующему выводу: сильная конфронтация налогоплательщиков с налоговыми органами ведет к отчуждению и умень­шает готовность налогоплательщика соблюдать налоговые требования1. Только баланс "жесткости" налогового контроля, с одной стороны, и фак­торов, способствующих "готовности к сотрудничеству", с другой стороны, могут обеспечить эффективность налоговой системы. На рис. 5 представле-ны компоненты макроэкономической модели Штрюмпеля.

Рис. 5. Модель Штрюмпеля.

 

Модель законопослушания налогоплательщика Службы внутренних доходов США (IRS) помимо мотивационного фактора включает в себя знания налогоплательщика и субъективную сложность ситуации налого­обложения. Помимо готовности налогоплательщика соблюдать закон важна техническая способность следовать закону или избегать его, кото­рая базируется на знаниях и опыте налогоплательщиков.

Согласно еще одной модели, опирающейся на обширное исследова­ние шведских налогоплательщиков, налоговый обман определяют две объективные величины: "фактор научения" и "фактор системы контроля". Первый тесно связан с показателем "контакты с налогоплательщиками — нарушителями". Второй сформирован такими показателями, как "работа не по найму" и "получение дохода, подлежащего удержанию".

Экспериментальные исследования, выполненные в Нидерландах и Швеции, проверили влияние интернальности— экстернальности лично­сти на налоговое поведение. Интерналами психологи называют тех, кто связывает свои успехи и неудачи со своими способностями, умениями и усилиями, а экстерналами тех, кто объясняет свои поступки внешними обстоятельствами, удачей, влиянием других людей. Подтвердилось пред­положение, что среди интерналов больше тех, кто имеет благоприятные установки по отношению к налоговой системе. В голландской выборке добавилось влияние фактора образования: выше образованные интерналы чаще, а интерналы с низким образованием реже уклонялись от налогов.

Роль общественного здравомыслия

Как видно, разрабатывались микро- и макроэкономические модели уклонения от уплаты налогов. В одном случае делался акцент на личност­ных или групповых особенностях налогоплательщика, в другом — на способах влияния на население и особенностях взаимодействия в системе гражданин — закон. Некоторые авторы подчеркивают, что именно обще­ственный сектор экономики в большей степени, чем частный нуждается во внимании и помощи психологов.

Любая власть вызывает определенную степень противостояния. Ис­следуя установки налогоплательщиков, часто прибегают к дилемме транспортного зайца (модификации дилеммы узника, но более близкой к экономическому поведению). Право выбора вносить свой вклад или нет в структуры общественного пользования, разделять или нет издержки, на­пример, за общественный транспорт, остается за пользователем. Он выиг­рает, если кто-то другой оплатит за него, но проиграет не только, заплатив за кого-то, но и прежде всего тогда, когда никто не станет платить. В дан­ном случае противостоят индивидуальный рационализм и общественное здравомыслие, или так называемая социальная восприимчивость. Страх быть использованным ведет к коллективному разрушению, но достижение совместного решения, согласно теории игр, значительно сложнее по мере увеличения количества игроков. Решающую роль здесь могут сыграть как раз психологические установки, которые определяют образцы поведения, выбираемые игроками: социально приемлемые, кооперативные или анти­социальные, сугубо индивидуалистические.

Причины разрушения налоговой морали

Применительно к налоговой ситуации в качестве игрока выступает правительство. Оно является одновременно и вторым игроком в игре по торгам за ресурсы, и арбитром, который устанавливает правила игры. К нему относятся и уважительно, и настороженно.

Как показали исследования института Гэллапа, у граждан имеет ме­сто недоверие, подозрение в отношении к эффективности правительства. Выполненные в нем опросы свидетельствуют о сомнениях и часто о несо­гласии граждан с тем, на что уходят средства от налогов, как расходуется государственный бюджет. Вместе с недоверием закладывается и песси­мизм по поводу способностей правительства разрешить проблему инфля­ции и безработицы. В периоды кризисов экономики такие настроения усиливаются. Большая часть населения скорее перекладывает вину за ин­фляцию на правительство, чем на бизнес или труд.

В последнее время даже в экономически развитых странах наблюда­ется разрушение налоговой морали. Динамика налогового поведения по­казала, например, что американцы все больше обманывают налоговые службы и все меньше чувствуют вину по этому поводу. Среди причин и осознание того, что именно средний класс платит налогов больше, чем получает выгод от правительства. Правительственный бюджет перерас­пределяет доходы от них двум группам — бедным и богатым. Бедным потому, что они платят очень мало, а богатым потому, что у них есть средства использовать легальные пути избегания налогов ("дорогие" экс­перты, возможность перемещения капиталов, используя, например, раз­личия в налоговых режимах разных стран и т.д.).

Фактор справедливости и налоговое поведение

Одна из продуктивных возможностей в решении данной проблемы — попытка учета фактора справедливости. Социальные психологи Дж.Си-баут, Н.Фрейдланд и Л.Уолкер придумали игру, в которой попытались проверить степень влияния этого фактора2.

Игра 1.

В игре участвовало шесть студентов. Четверо из них играли роль че­тырех корпораций. Двое остальных (они были под контролем экспери­ментатора) выполняли роли правительства и покупателя. В игре корпора­ции вели переговоры по коммерческим сделкам с покупателем, затем под­считывали и платили подоходный налог правительству. Правительство имело право контролировать одну из каждых десяти сделок и налагать штрафы, если было за что. Правительственным доходом распоряжались по двум различным правилам. Согласно первому правилу налоговый сбор свыше определенного минимума распределялся обратно между четырьмя корпорациями. Другое правило давало правительству право требовать более высокий минимальный доход без перераспределения налоговых денег обратно между налогоплательщиками. Эксперименты проводились с использованием этих правил по очереди.

Налоговые чеки (и налоговый сбор) постоянно проверялись после то­го, как каждая корпорация заключала свою пятую сделку. Игроки знали лишь, что где-то около пятой сделки их могут проверить, а после этого уже не будут проверять.

Результаты эксперимента, представленные в виде диаграммы на рис.6, показали, что в том случае, когда налогоплательщики знали, что их налоговые деньги должны частично вернуться к ним, они платили больше из требуемого от них налога. Когда налогоплательщики знали, что есть шанс, что их проверят (надзор), они также платили больше налогов, чем в том случае, когда знали, что их не проверят. Напротив, отсутствие ощу­тимой выгоды налогоплательщику от соблюдения правил (несоответст­вие) и отсутствие надзора послужили условиями того, что уплачивалась лишь часть требуемых налогов.

 

Рис.6. Эффект надзора и соотношение по соблюдению налога: а— случай соот­ветствия, когда и "власть" и "обыватель" извлекают выгоду из соблюдения "обы­вателем" налоговых правил; б — случай, когда нет соответствия, только "власть" извлекает пользу из соблюдения "обывателем" налогов.

 

Основной вывод исследования состоит в том, что политика, направ­ленная на распределение ресурсов внутри группы (в данном случае нало­гового дохода), крайне важна. Равное распределение дохода повышает тенденцию к соблюдению налоговых правил. Кроме того, равное распре­деление требует меньше усилий со стороны налогового надзора, чтобы проверить соблюдение правил. Неравное же распределение требует сильного надзора.

Другой эксперимент был проведен среди студентов университета Ко­лорадо.

Игра 2.

Участников обязали получить смоделированные чеки ежемесячного оклада, объявить о доходах и платить налог. Изредка проводились проверки и налагались штрафы за уклонение. Каждому говорилось (в корректной форме), что их собственный налоговый коэффициент — 40%. Одной трети группы давалась ложная информация о том, что налоговый коэффициент

других людей в среднем составляет 65%. Второй трети сообщили, что ко­эффициент других людей в среднем лишь 15%. Оставшейся трети участни­ков эксперимента дали понять, что их собственные коэффициенты такие же, как у остальных, т.е. сообщили истинное положение дел. В целом груп­па недоплачивала один доллар из четырех, но те, кто знали, что они платят меньше, чем другие, утаивали лишь 12% своего налога, в то время как те, которые переживали, что платят больше, чем другие, утаивали почти треть своего налога. Таким образом, соблюдение правил тесно связано с чувством справедливости. Даже штрафы теряют свою силу, если нарушено чувство справедливости. Полученные автором выводы, безусловно, очень важны на практике. При осуществлении налоговой политики, как и в других случаях властных воздействий, необходимо способствовать тому, чтобы знания на­селения сочетались с доверием к власти.

 

Некоторые особенности налогового менталитета россиян

В России фискальная система, как форма экономической власти и сфера, в которую так или иначе вовлечен каждый гражданин, требует психологического анализа, особенного в период подготовки нового нало­гового кодекса.

Выполненные нами исследования отношения к налогам в контексте представления о социальной справедливости (обследовались служащие государственного сектора и служащие коммерческой сферы) показали, во-первых, что нравственная составляющая оценки системы налогообложе­ния сопровождалась представлением о ней как о несправедливой, несмот­ря на высокую степень согласия с тем, что налоги — неизбежное и разум­ное явление экономической жизни3.

Во-вторых, максимальное согласие с утверждением о том, что каж­дый гражданин имеет право на информацию о движении средств от нало­гов, сочеталось с невысоким показателем знания о принципах нынешней системы налогообложения.

В-третьих, поиск когнитивных механизмов, включенных в формиро­вание отношения к налогам в контексте их справедливости, позволил вы­делить следующие. Прежде всего, это механизм сравнения в разных его проявлениях (сравниваются свои доходы и расходы с доходами и расхо­дами других людей, а также сравнивается настоящее с прошлым и воз­можным, но не случившимся из-за реформирования или очередного кри­зиса, сравниваются доходы с доходами людей той же профессии в других странах и т.п.) , а также механизм идентификации собственной экономи­ческой ситуации с экономической ситуацией в стране. Так, в частности,

 

степень согласия с утверждением "социально-экономическая справедли­вость — это то, что дает человеку возможность чувствовать, что он не хуже других" высокозначимо связана с тем, что человек близко к сердцу принимают неблагополучие в экономике страны.

В-четвертых, миф о пропорциональной справедливости рынка (пред­ставление о рынке, как обществе, в котором доход человека находится в прямой пропорциональной зависимости от интенсивности и качества его работы) потихоньку развенчивается. А те, кто в большей степени ориен­тированы на пропорциональную справедливость рынка, демонстрируют представление о том, что справедливость — это своего рода "обществен­ный договор" между людьми с различным доходом.

В-пятых, у людей срабатывает механизм подравнивания вкладов и отдач, часто являющийся причиной уклонения от налогов, люди "доби­рают" то, что им не додает государство.

И, наконец, в-шестых, высокозначимые корреляционные связи пока­зали, что те, кто в большей степени удовлетворены своим потреблением, в большей степени согласны с неизбежностью и разумностью налогов. Те, кто в меньшей степени довольны экономической ситуацией как потреби­тели, чаще считают налоги кормушкой для чиновников.

 
В России пока еще много проблем, связанных с несовершенством на­логовой системы, отрабатываются новые законодательные акты, которые призваны упростить, сделать доступными и справедливыми налоговые правила и требования. В связи с этим полезен опыт западных экономиче­ских психологов.

Источник: www.psi.3dn.ru
 


Карта сайта